Перерожденная  - Ясмина Сапфир

Наллис остановился неподалеку от края постамента. Замер, не сводя с меня изумрудного взгляда, не произнося ни слова. Не знаю, что между нами происходило, имело ли это хоть какое-то отношение к пресловутой «любовной химии», только вдруг сладко засосало под ложечкой. Прямо как в далекой юности рядом с симпатичным парнем. Жестко очерченные, чувственные губы короля так и манили, удивительные глаза завораживали.

Наллис медлил, молчал и все больше каменел. Наконец он опять словно «включился». Казалось, у черноволосого короля где-то есть кнопка, что выводит его из ступора, заставляет прекратить буравить меня взглядом и начать действовать.

Не знаю даже – хотела ли я нового поцелуя, жарких объятий, горячего дыхания в шею… Только в голове плыл сладкий туман, мысли путались, метались от одного решения к другому. Я хотела отстраниться, больше никогда не позволять Наллису и пальцем к себе прикоснуться. И… одновременно мечтала снова ощутить вкус его губ, силу рук, жар возбужденного мужского тела.

Наллис путал меня, пугал и притягивал одновременно. Вот и сейчас он странно молчал, медлил, не отпускал, сверлил немигающим взглядом.

Внезапно король прищурился и спросил:

– Считаешь меня своим убийцей?

Уголки его губ дернулись вниз, желваки заходили ходуном. А я словно очнулась.

Все, что думала о Наллисе, о том, как он ради собственной прихоти погубил мою жизнь, превратил черт знает во что, – наконец нашло выход, прорвалось наружу. И я затараторила, задыхаясь, глотая слова, в попытке объяснить – насколько не в восторге от преследований черноволосого акула и всего, что случилось после. Наллис молчал и только все больше хмурился. Гладкую переносицу его рассекли две наклонные морщинки, губы вытянулись в жесткую полоску.

Когда я закончила, сорвавшись на крик, даже визг, Наллис осторожно поставил меня на землю и потянул за собой, будто и не собирался начинать этот разговор. Несколько минут мы почти бежали в сторону замковой «пристройки».

У самого входа в нее ждали несколько перевертышей, видимо, слуг, в одинаковых фиолетовых туниках с оранжевыми манжетами и воротниками.

На женщинах были длинные юбки, почти до пола, на мужчинах – строгие брюки. Слуги смотрели на нас неотрывно, как на диковинное представление.

Только сейчас запоздало подумалось: интересно, что там судачат о нас в Академии? Обсудить короля и его поцелуй с новенькой – дело святое. Конечно же, не при нас – мало ли как отреагирует вспыльчивый монарх на комментарии. Может, казнит или сошлет в далекие города. Кто знает, какие тут порядки? Но после нашего ухода… Хм… Уверена, Академия взорвется пересудами.

Буду пытать Рамзора, пока не признается. А если не признается – возьмусь за Зуфара, на худой конец – разговорю Кармиса. Кто-то да расколется!

Наллис окинул слуг таким взглядом, что те разом потупились и вдруг разбежались – кто в дом, а кто в парк.

Очень высокая, с аккуратными чертами лица и упрямым лбом, брюнетка одарила меня странным взглядом, развернулась и едва не споткнулась по дороге к двери. Но тут же оправилась и отскочила в сторону. Дверь выплыла навстречу, отъехала вправо, и Наллис затянул меня внутрь.

Я думала, сейчас король притормозит. Но он потащил меня дальше, не дав даже толком рассмотреть интерьеры.

Громадные темно-синие покои со сводчатым потолком, освещенные мириадами ярко-желтых лампочек, такие же, только в красных тонах, и следующие – уже в розовых… Однотипные помещения мелькали друг за другом, расположенные, кажется, по периметру вокруг центрального.

Насколько я поняла – гостевой замок был одноэтажным, но апартаментов здесь хватало, чтобы разместить всех жильцов моей земной высотки.

В каждом помещении обнаружилось по две двери, предполагаю, что одна в ванную. Пухлые диваны, кресла, столы из такого же прозрачного материала, как парты в Академии, казались жидкими, нереальными.

Внезапно в лицо пахнуло рыбным пирогом и сразу же – креветками. У меня аж слюнки потекли. Наллис усмехнулся, потянул в сторону одной из боковых дверей, и мы очутились в небольшой комнате, похожей на гостиную шикарного особняка.

В самом центре ее бросался в глаза небольшой круглый стол. Блюда с едой буквально толпились на нем, подпирая соседние. По краям едва хватало места, чтобы пара-тройка голодных разместили свои тарелки.

Почти все здесь оказалось приготовлено из рыбы и морепродуктов – водорослей, моллюсков, раков и крабов. Никогда в жизни, даже в своем пятизвездочном отеле, я не видела такого количества «морских блюд»! Желудок сжался тугим узлом и тихо заурчал.

Наллис дернул меня за руку – неожиданно, но не слишком грубо, скорее настойчиво – и усадил в кресло. Прозрачный материал подо мной принял форму тела. Часть его оказалась мягкой, как подушка, остальное – твердым и упругим. Я привстала, внимательно изучила кресло, но не заметила ни обивки, ни какого-то перехода между одним материалом и другим.

Наллис хмыкнул, запрыгнул в кресло напротив и предложил:

– Поедим и поговорим? Или в другом порядке?

И как бы ни хотелось мне высказать черноволосому акуляке все, что думаю, пусть даже по второму кругу, но есть хотелось еще больше.

Наллис понял без лишних слов. Торопливо встал, положил мне жареной рыбы, улиток, крабов и нечто вроде рагу из водорослей. Вернулся на место и наполнил свою тарелку тоже.

– А я думала, тут у вас слуги… – не удержалась я от подколки.

Наллис даже бровью не повел.

– У нас не так, как во времена монархии на Земле. Слуги есть. Но используем мы их по минимуму. Даже короли. Приготовить еду, сервировать стол, убраться – это одно. Но уж положить себе в тарелку… каждый сам в состоянии.

Я даже не нашлась, что ответить. Он был прав, этот черноволосый король. Изумрудные глаза Наллиса смеялись, губы изогнулись в улыбке, но мне стало все равно. Тарелка с едой отвлекла от всего пережитого и предстоящего. Да и сытный, пряный запах не оставлял желудку выбора – я ощущала один голодный спазм за другим.

Ммм… Блюдо из водорослей напоминало овощное рагу с картошкой, рыба таяла во рту, не говоря уже об улитках. Я никогда особенно их не любила. Но здесь, приготовленные в каком-то кисловатом соусе, мягкие, как желе, они казались верхом кулинарного искусства и совсем не походили на недоваренную рыбу.

И лишь когда появилось приятное ощущение сытости, я вдруг сообразила, что пить-то на столе нечего.

Наллис хмыкнул, нагнулся и выдвинул из-под столешницы небольшой столик с напитками и высокими зелеными стаканами. Из трех разноцветных сосудов, похожих на амфоры, выбрал один – оранжевый, оставив синий и розовый на месте. От горячего светло-желтого напитка заструился в воздух белесый пар и приятный мятный запах. Я пригубила напиток и поняла, что это нечто вроде травяного чая. Или даже скорее всего чая из сушеных водорослей.

– Нравится? Или водорослевый сок налить? – предложил Наллис, потрясая другим сосудом, один в один похожим на предыдущий. Я помотала головой. До водорослевого сока я еще не созрела, может, позже. Новых впечатлений и без того хватало на год вперед. А впереди – непростой разговор с Наллисом, королем и моим убийцей-воскресителем.